среда, 3 февраля 2016 г.

Filled Under:

Волшебство уступания

Share
Для некоторых людей понятие уступания может иметь негативный смысл, заключающий в себе представление о поражении, капитуляции, неудавшихся попытках отвечать на вызовы жизни, о впадении в летаргию и т. д. Однако истинное уступание совершенно не похоже на это. Совсем не обязательно, что ты должен пассивно терпеть ситуацию, в которой оказался, и ничего с ней не делать. Это также не означает, что нужно перестать строить планы или приступать к позитивным действиям.

Уступание — это простая, но глубокая мудрость поддаваться течению жизни, вместо того чтобы сопротивляться ей. Единственное место, где ты можешь ощущать течение жизни, — это настоящий момент, поэтому сдаться, уступить, означает принять настоящий момент без каких-либо условий и оговорок. Это значит отказаться от внутреннего сопротивления тому, что есть. Внутреннее сопротивление языком ментальных суждений и эмоциональной негативности говорит “нет” тому, что “есть”. Это становится в буквальном смысле декларацией, особенно когда дела “идут плохо”, что само по себе свидетельствует о разрыве между ультимативными требованиями или безапелляционными ожиданиями твоего ума с одной стороны и тем, что есть на самом деле, с другой. Этот разрыв и есть промежуток боли. Если ты живешь уже достаточно долго, то знаешь, что так довольно часто бывает именно тогда, когда дела “идут плохо”. И если ты действительно хочешь убрать из своей жизни боль и печаль, то практиковать уступание нужно именно в этих, и особенно в этих обстоятельствах. Принятие того, что есть, сразу же приносит тебе свободу от отождествления с умом и, тем самым, восстанавливает твою соединенность с Сущим. Сопротивление — это и есть ум.

Уступание — это чисто внутреннее явление. Но из этого не следует, что ты ничего не можешь предпринимать на внешнем плане или не можешь изменять окружающую ситуацию. В действительности все, что тебе нужно сделать, когда ты уступаешь ситуации, — это принять только один ее тончайший сегмент, именуемый настоящим моментом, а отнюдь не всю ситуацию целиком.

К примеру, если ты завяз где-нибудь в грязи, ты же не скажешь: “Хорошо, я подчиняюсь тому, что завяз в грязи”.

Подчинение — это не уступание. Тебе не нужно принимать нежелательную или неприятную жизненную ситуацию. Тебе не нужно обманывать и убеждать себя, будто в том, что ты завяз в грязи, нет ничего плохого. Нет. Ты целиком осознаешь свое желание выбраться из нее. Затем ты сужаешь внимание и направляешь его на настоящий момент и сосредоточиваешь его на нем, и ни в коем случае не навешиваешь на него никаких ментальных ярлыков. Это означает, что у тебя уже не будет никаких суждений по поводу настоящего момента. Поэтому у тебя не будет сопротивления и эмоциональной негативности. Ты принимаешь только то, что этот момент “есть”. Затем ты предпринимаешь решительные действия и делаешь всё, что в твоих силах, чтобы выбраться из этой грязи. Такое действие я называю позитивным. Оно намного эффективнее негативного действия, порожденного гневом, отчаянием или разочарованием. Ты продолжаешь практиковать уступание до тех пор, пока не достигнешь желаемого результата, воздерживаясь при этом от навешивания на настоящий момент каких-либо ярлыков.

Позволь мне предложить тебе визуальную аналогию, как иллюстрацию смысла, который я в это вкладываю. Вот ты идешь ночью по тропинке в окружении густого тумана. Но у тебя есть мощный фонарь, который пробивает туман своим светом и создает впереди тебя узкое и чистое пространство. Туман — это твоя жизненная ситуация, включающая прошлое и будущее; фонарь — это твое осознанное присутствие; чистое и ясное пространство — это настоящий момент.

Не-уступание делает твою психологическую форму — скорлупу эго — тверже, и тем самым создает у тебя сильное чувство разделенности. Ты начинаешь воспринимать окружающий мир, и особенно людей, как угрозу. У тебя нарастает бессознательная потребность уничтожать других через осуждение, а также потребность конкурировать и доминировать. Даже природа становится твоим врагом, а твоим восприятием и интерпретациями командует и управляет страх. Душевная болезнь, которую мы называем паранойя, — всего лишь немногим более острая форма этого обычного, но весьма дисфункционального состояния сознания.

Вследствие наличия сопротивления жестким и ригидным становится не только твое психологическое состояние, но вслед за ним и физическая форма, то есть твое тело. В разных его частях возникает напряжение, а само тело в целом сжимается. Свободная циркуляция жизненной энергии в нем значительно затрудняется, а такая циркуляция сама по себе является сущностно важной для его здорового функционирования. Физкультура и некоторые виды физиотерапии могут способствовать возобновлению ее циркуляции, однако, до тех пор пока ты не сделаешь уступание практикой своей повседневной жизни, эти меры будут приводить только к временному снятию симптомов, и так будет продолжаться до тех пор, пока причины этого, то есть стереотипы сопротивления, не будут растворены.

Внутри тебя есть нечто такое, что никогда не бывает затронутым мимолетными, преходящими обстоятельствами, формирующими твою жизненную ситуацию, а путь доступа к этому есть только один — и он пролегает через уступание. Это и есть твоя жизнь, то самое твое Бытие, которое вечно пребывает во вневременном царстве настоящего. Отыскание этой жизни и есть “ то единственное, что только и нужно”, о чем говорил Иисус.

<…>

Хочу тебя спросить, а почему ты выбрал слово “уступание” для “surrender”, а не “сдача”, как оно обычно трактуется? Для меня “Сдача” звучит глобальнее, бесповоротно, как капитуляция (сопротивлялся — сдался), а в “уступании” есть какой-то отзвук вежливой незавершенности. Я пишу только о своем наблюдении, возможно, оно как раз и показывает мою не-сдачу.

Я ничего не имею против “сдачи”. Для многих именно “сдача” и работает. Однако для меня “сдача” имеет еще и такие оттенки как вынужденность, насильственность, сопротивление, причем совершенно неважно, откуда они исходят, — навязаны снаружи или культивируются изнутри.

Меня такая «сдача» не вдохновляет. Она ведет к тихой внутренней озлобленности. Вызывает желание реванша, мести. Если и говорить о “сдаче”, то только о тотальной, глубокой и очищающей, как огонь, в котором без остатка сгорает всё, о чем еще можно было бы сожалеть.

Уступание, как мне представляется — это результат осознания, осознанного принятия, искреннего прощения, как знак обретения внутренней силы. Уступание — это примирение. Полное отсутствие сопротивления. Уступание — это сила, исходящая изнутри. Уступание — это единство, соединенность. Уступание — это спокойствие.

В конечном итоге, Сдача или Уступание — это лишь вопрос терминологии, вкуса, или привычки, то есть уровень слов, но если заглянуть за слова и посмотреть оттуда, так сказать, с более высокой перспективы, то в конечном итоге Сдача и Уступание сливаются в одно и указывают на одно и то же.

Экхарт Толле — Сила Настоящего

0 коммент.:

Отправить комментарий